«Петросян надо учиться прыгать четверные у Валиевой». Экспертиза от чемпиона мира Андрея Бушкова

Чемпион мира, двукратный чемпион Европы в парном катании Андрей Бушков, катавшийся с Мариной Ельцовой, оценил выступление Петра Гуменника и Аделии Петросян на Олимпийских играх. Оба представителя России, выступавшие под нейтральным флагом, заняли шестое место в одиночных программах.

Конкуренты не могли обыграть Гуменника с таким преимуществом

– Согласны с мыслью Елены Чайковской, что Гуменника поставили так низко в итоговом протоколе, потому что судье не знали, кто это такой?

– Раньше судьи официально приходили на тренировки спортсменов. Это была их обязанность, они изучали спортсменов, знали их сильные и слабые стороны,  кто на что способен. Так что отчасти согласен. Гуменник был новый человек для арбитров. К тому же он выступал в первой разминке – там априори по максимуму не дают.

Но при всем уважении к тем, финишировал выше Петра, хочу сказать: они не могли обыграть Гуменника по второй оценке выше, чем на пять баллов. Это просто бред. У него программа – цельная, у него образ создан. Те ребята просто катались, любую музыку им поставь – не увидишь разницы. У Гуменника все было сделано профессионально, начиная от костюма и заканчивая идеей программы.

Я считаю, Петю не оценили на этой Олимпиаде. Это не его вина, и даже не вина судей. Просто наших фигуристов поставили в такие условия. Они могли показаться только на предолимпийском турнире, где можно было пройти отбор, и – уже потом катались на Играх. Этого, конечно, недостаточно, чтобы заявить о себе и создать какой–то имидж  среди других участников.

Петя выступил очень достойно, был в себе уверен, даже история с правами на  музыку его не «сбила». Больше я даже волновался не за него, а за его тренера Викторию Дайнеко. Она так переживала! Петя во время программы поддерживал и ее. Перед Гуменником можно снять шляпу, он заслуживал на Олимпиаде большего.

– Победил казахстанец Шайдоров, тренера которого – Алексея Урманова – вы хорошо знаете, катались с ним в одно время.

– Да, это, конечно, большой успех для них обоих.  И тут хочется отметить, что Миша не просто катал на Играх свой контент – он усилил его, добавив в программу еще один четверной. И сделал его. А вот японец Юма Кагияма на этот шаг не пошел. Ему, чтобы перепрыгать Малинина, нужно было усложнить программу. Японец пошел по простому пути, хотя мог рискнуть, у него были возможности. Но... Шайдоров пошел на это. И судьба его вознаградила.  

– Что случилось с Малининым в произвольной программе? Только восьмое место.

– Ему надо сказать огромное «спасибо» американской Федерации фигурного катания. Четыре года назад она не позвала его на олимпийский турнир в Пекин. Хотя он был второй на национальном чемпионате. Вместо Ильи на Олимпиаду поехали другие фигуристы. И этого опыта Малинину не хватило в Италии.

Олимпийский турнир – особый, его нельзя сравнить ни с чемпионатом Европы, ни с чемпионатом мира, ни с чем другим. На него надо выходить, как вышла американка Алиса Лью в женском катании. Для нее вся эта Олимпиада, как она дала понять, – просто шум. Она приехала в Милан показать свое новое платье, свою прикольную прическу, вышла с отличным настроением и без всякой задней мысли выполнила свою работу «на ура».

Малинин не смог этого сделать. А ведь ему уже все золотую медаль повесили. Я ждал чего–то такого, какого–нибудь казуса. Например, что сломается конек. У нас так произошло именно в Милане на чемпионате Европы, когда мы с Мариной Ельцовой выступали. Из–за этого нас повезли на Олимпиаду в Нагано «третьим номером». А это, считай, без шансов.

Малинин настолько сейчас сильнее других, что ему могло помешать победить на Играх что–то сверхъестественное. И вот – такой срыв. Знаете, железных людей не бывает. Часто говорят про спортсменов: этот железный, тот... Но железных не бывает. Случается момент, когда у человека все начинает «сыпаться». Илья потерял четыре года, не выступив на предыдущей Олимпиаде, и это стоило ему медали.

Судьи достойно судили Петросян. Хотя она недобрала в компонентах

– А что касается Аделии Петросян? Ей нельзя было обойтись в произвольной программе без четверного прыжка, который она заявила в последний момент?

– Надо было идти на этот прыжок, тем более раз тренеры говорили, что она им владеет. Лучше попробовать и жалеть потом, что не получилось, чем жалеть о том, что не попробовал. Надо всегда идти до конца – в разумных пределах. Тут Аделия и ее тренеры поступили правильно. Насколько у нее был готов этот прыжок, я не знаю. Я видел, что она не пошла делать его активно, шла неуверенно, это, наверное, и сказалось. После осечки и программа уже не так смотрелась, такого настроения не было, какое было в короткой. Не каждый опытный спортсмен «удержит» программу после такого срыва, я уже не говорю о девочке, которой 18 лет.

– А нельзя этот прыжок в конце программы делать, а не в начале?

– Тут зависит от захода. Как правило, прыжок из серии «ультра–си», делается на свежие силы. Аделии и так мощи не хватило. Если вы смотрели чемпионат России по прыжками, то могли видеть, как исполняет такой прыжок Камила Валиева. Он сейчас не легкая, как раньше, крупная. Но у нее вторая половина заезда очень мощная. Петросян так не прыгает. У нее техника другая, нет такого силового выхода. Чтобы исполнить такой тулуп, у нее все должно быть идеально: наезд, переход, выход наверх. У Петросян так не получилось. Прыгала без запаса. Видимо, такая готовность у нее к этому элементу. Все остальное у Аделии было на уровне. И судьи судили ее достойно, в отличие от Гуменника. Хотя она в компонентах недобрала. Опять–таки – из–за того, что ее мало знают на международной арене.

– Почему другие фигуристки на этой Олимпиаде не прыгали четверные?

– А за кем тянуться? Русских – нет. Когда наши девочки были, все за ними тянулись. Те же японки. Теперь лидеров убрали, выиграть может кто угодно, с обычной программой, простым набором элементов. Американке Лью, выигравшей золото, хватило для победы каскада 3+3. Для нее прокат на Олимпиаде был как контрольный. Какие люди на льду, такой и уровень соревнований.

После выступления девочек меня «мутило»

– Как в целом можно оценить турнир фигуристов на Олимпиаде?

– Мне понравился командник. Он был очень интересный, интрига держалась до последних прокатов. Очень понравилась грузинская сборная. Какой-то заряд у них был, кураж, что притягивало. Надо снять шляпу перед начальниками Грузинской федерации фигурного катания, которые собрали таких спортсменов под своим флагом. Они сделали благое дело не только для Грузии, которая в Италии получила свою медаль, но и для всего фигурного катания.

– А что касается общего уровня катания во всех видах?

– У меня какой–то финал в душе случился после выступления девочек. Я хотел их посмотреть, но настолько устал и в сон клонило, что  вышел смотреть начало выступлений на улице. Чтобы как–то взбодриться. И когда все закончилось, наступило какое–то…

– Опустошение?

– Опустошение, усталость, состояние, знаете, когда переешь в хорошем ресторане, и «мутит» – какой–то дискомфорт внутри. Долго не мог понять, в чем дело. Даже с супругой поговорил. И у нас мнения совпали: тенденция такая, что все идет к упрощению. Алиса Лью  из США (на фото) победила в женской одиночке, потому что все сделала. А другие не сделали. Но у нее программа – без «ультра–си», без образа, какой был у Гуменника.

Такая тенденция сейчас – на упрощение, чтобы было доступно для всех. После отстранения российских спортсменов мировое фигурное катание, конечно, «просело». И выглядит второсортным. Такой турнир, как олимпийский, должен собирать всех лучших. Никто не должен им мешать. Без россиян общий уровень соревнований был слабенький. И я боюсь, что если будут равняться на лидеров этой Олимпиады, то фигурное катание не будет развиваться, не будут придумывать ничего нового, на этом «багаже» и поедут. Надеюсь, с возвращением наших фигуристов что–то изменится.

– То, что возрастной ценз для участников Игра подняли с 15 до 17 лет, как сказалось?

– Это плюс, как мне кажется. Хочется видеть звезд, которые выступают из турнира  в турнир. А не так, что пришли девочки, отпрыгали, пришли новые, а развиваться в этом виде спорта нет возможности. В той же женской фигурке, где возраст особенно сказывался, ушли времена Эшли Вагнер, Ирины Слуцкой, Мишель Кван, Каролины Костнер – спортсменок, на которых хочется смотреть, за которых хочется переживать. Благодаря возрастному цензу, надеюсь, девочки будут задерживаться в спорте, и мы будем хотя бы знать, кто катается. Фигурное катание – это ведь не только прыжки, но и связь со зрителями, привязанность, любовь, которая длится долгие годы.